В Новой Москве вновь прошла кампания по демонтажу «незаконных» объектов. Госинспекция по недвижимости отчиталась о «успешной» ликвидации шести строений в деревне Губкино поселения Воскресенское, общей площадью почти тысяча квадратных метров. По официальной информации, постройки использовались под автосервис и стоянку строительной техники. Однако за фасадом показательной борьбы с нарушениями всплывает множество неудобных вопросов и сомнений в подлинной цели подобных операций.

Бюрократический формализм против реальных нужд

На первый взгляд, всё выглядит логично и законно: постройки не стояли на кадастровом учёте, не имели разрешений, территория была огорожена, ограничивая доступ. Формально нарушение налицо. Но возникает вопрос: а сколько таких объектов в Москве и особенно в ТиНАО, где активное освоение земель часто опережает административную реакцию? Почему именно этот участок оказался в прицеле госорганов? И что будет с предпринимателями, чьи средства и труд оказались попросту уничтожены?

Всё это напоминает борьбу не с хаосом, а с последствиями давно запущенного градостроительного бардака, где власти годами закрывают глаза на нелегальную застройку, чтобы потом «героически» демонстрировать порядок за счёт малого бизнеса.

Автосервис не курорт, но востребован

Очевидно, что подобные объекты, даже будучи «неофициальными», часто выполняют важные функции. В условиях, когда малый бизнес задыхается под налогами, арендой и бюрократией, предприниматели нередко вынуждены искать обходные пути. Автосервисы это не роскошь, а необходимость в развивающемся районе с растущим населением. Вместо помощи демонтаж и штрафы. Вместо оформления и компромисса ковш экскаватора и административный восторг.

Закон инструмент или дубинка?

Начальник Госинспекции Иван Бобров с удовлетворением отчитался: «Нарушение устранено территория очищена и приведена в порядок». Но за красивыми формулировками скрыта система, где понятие «закон» становится удобной дубинкой. Строил без бумажки виноват. Использовал землю под нужды местных всё равно под снос. Механизм, по сути, игнорирует контекст: кто, зачем и почему начал строительство, кто пользовался услугами этих сервисов, и насколько реально было легализовать эти объекты, если бы система не была изначально враждебной.

Вопрос ответственности власти

Если здания стояли годами, где были надзорные органы раньше? Почему право собственности и кадастровый учёт не стали предметом совместной работы с предпринимателями, а лишь поводом для репрессий? Всё это наводит на мысль о выборочном правоприменении когда сегодня одним всё, а другим демонтаж без обсуждения. Кто теперь возместит ущерб владельцам? Или их судьба никого не интересует?

Показательная акция для отчёта

Акции по сносу самовольных построек всё чаще становятся ритуалом: демонстрация активности, публицистика в окружных газетах, бодрые пресс-релизы. Но реальных решений как не было, так и нет. Система продолжает работать в логике «запретить и наказать», а не «урегулировать и поддержать». Так называемое благоустройство, которым прикрываются действия инспекции, превращается в глянцевую обёртку, скрывающую нерешённые проблемы развития районов Новой Москвы.

Кто следующий?

Сегодня Губкино, завтра другой посёлок. Сколько таких самостроев ещё ждут «проверок»? Как долго бизнесу придётся балансировать между потребностями района и страхом перед сносом? И главное будет ли когда-нибудь создана система, в которой малый бизнес не боится власти, а сотрудничает с ней?

Очистка территорий дело нужное, когда она пресекает реальную опасность или вред. Но когда под прикрытием закона ликвидируют рабочие места, уничтожают доступные сервисы и калечат судьбы это уже не порядок, а демонстрация силы в условиях бюрократической слепоты.